Номенклатура СССР, как представитель класса буржуазии

К сожалению, научных исследований феномена советской номенклатуры до сих пор имеется крайне мало — буквально единицы, а специальные исследования, посвящённые структуре и динамике доходов господствующего класса Советского Союза, практически неизвестны. Это и неудивительно: современный правящий класс тщательно оберегает тайну своего рождения, реальные истоки своего могущества.

Возможно, поэтому многие марксисты до сих пор даже отказываются признать в номенклатуре особый класс. Так, Программа МРП утверждает, что общественные функции капиталиста в СССР выполнялись наёмными служащими государства (Марксист. 1994. N 2. С.101), троцкисты предпочитают говорить о паразитическом слое и бюрократической касте, а большинство так называемых “коммунистов” если и признаёт наличие социального неравенства и эксплуатации человека человеком в Советском Союзе, то относит их исключительно на счёт незаконного использования служебного положения, считая все законные формы распределения социалистическими.

Миф о незаконном происхождении эксплуатации и социального неравенства, основанный на официальной теории «отдельных недостатков и искажений социализма», очень выгоден правившему и правящему чиновничеству, так как позволяет скрыть «законные» источники обогащения, действительную классовую сущность государственной машины и государственной собственности. Для того, чтобы ответить на вопрос, являлась ли номенклатура классом, стоит вспомнить ленинское определение классов:

Классами называются большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определённой системе общественного производства, по их отношению (большей частью закреплённому в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно по способам получения  и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы — это такие группы людей, из которых одна может присваивать труд другой, благодаря различию их места в определённом укладе общественного хозяйства.
Ленин В.И. Великий почин // ПСС. Т.39. С.15

Официально номенклатура в СССР появилась в 1925 г. 16 ноября 1925 г. Оргбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление “О порядке подбора и назначения работников”, которым утверждалась номенклатура должностей № 1 (утверждаемые ЦК), № 2 (утверждаемые Орграспредотделом ЦК) и №3 (ведомственные номенклатуры). Прилагаемая к этому постановлению инструкция указывала:

Все предложения местных партийных органов о перемещениях и назначениях работников, перечисленных в номенклатурах № 1 и № 2, должны ставиться  через Орграспред ЦК на решение ЦК партии. Самостоятельно назначать и смещать этих работников местные партийные органы не могут.
Коржихина Т.П., Фигатнер Ю.Ю. Советская номенклатура: становление, механизмы действия // Вопросы истории. 1993. № 7. С. 26-27

Таким образом с принципом всеобщей выборности и сменяемости в любой момент чиновников, заложенном в диктатуре пролетариата в Октябре 1917 г. и описанным В.И.Лениным в «Государстве и революции», было покончено. Система привилегированного снабжения высшего чиновничества начала складываться в Советской России ещё в период “военного коммунизма”, но окончательно оформилась лишь в 20-е годы — период бюрократического термидора.

Пропасть, образовавшуюся между правящим классом и трудящимися массами, ярко описал в 1932 г. лидер «Союза марксистов-ленинцев» М.Н. Рютин

Наркомы, заместители наркомов, члены коллегий, руководители трестов, видные работники партаппарата, редакторы крупных газет, председатели ЦК профсоюзов, руководители областных отделов советского и профсоюзного аппарата также захвачены в значительной части процессами перерождения. Все они, даже бывшие рабочие, никакой связи с массами, кроме официальных докладов на собраниях, давно уже не имеют. Они обеспечены высокими ставками, курортами, пособиями, дачами, великолепными квартирами, прекрасным явным и тайным снабжением, бесплатными театрами, первоклассной медицинской помощью и т.д., и т.п. И это при невероятном обнищании и полуголодном существовании всей страны.
Рютин М.Н. На колени не встану. М.1992. С.227

Особыми привилегиями сталинский режим, как и любой бонапартистский режим, обеспечивал высшее офицерство. Так, накануне войны среднемесячная зарплата рабочих и служащих в СССР, по официальным данным, составляла 330 руб. (Труд в СССР. Стат. сб. М.1968. С.137). По воспоминаниям современников, основная масса советских граждан получала лишь 70-80 руб. в месяц и жила в коммуналках и курных избах. В тоже время, как свидетельствовал в 1941 г. командующий 5-й советской армией и убеждённый сторонник существовавшего строя генерал-майор М.И. Потапов, ежемесячный должностной оклад командующего армией составлял 2600 руб., а в качестве служебного жилья ему предоставлялась квартира из десяти комнат. (Военно-исторический журнал. 1992. N 2. С.57).

Но, безусловно, доходы генералитета не шли ни в какое сравнение с доходами высшей партийной бюрократии. По расчётам автора первой монографии о советской номенклатуре М.С. Восленского, общий размер денежного и натурального (продуктового) довольствия заведующего сектором ЦК КПСС без учёта государственных расходов на содержание его дачи, квартиры, машины, оплату личных поездок и телефонных переговоров и т.п. к началу 80-х гг. в 10 раз превышал доходы рядового советского трудящегося (Восленский М.С. Номенклатура. М.1991. С.276.)

Подобные расчёты в отношении доходов высшего эшелона партийной иерархии до сих пор не известны, хотя ещё в 1964 г. известный венгерский революционер, деятель Коминтерна, а впоследствии основатель Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) АН СССР академик Е.С. Варга в своих предсмертных записках ставил вопрос: 

А каковы реальные доходы тех, кто принадлежит к верхушке бюрократии, к правящему в стране слою? А лучше сказать, сколько платит государство в месяц самому себе? Этого не знает никто! Но каждый знает, что под Москвой есть дачи — конечно, государственные; при них постоянно находится 10 — 20 человек охраны, кроме того, садовники, повара, горничные, специальные врачи и медсёстры, шофёры и т.д. — всего до 40 — 50 человек прислуги. Всё это оплачивает государство.

Кроме того, естественно, имеется городская квартира с соответствующим обслуживанием и, по меньшей мере, ещё одна дача на Юге. У них персональные  спецпоезда, персональные  самолёты,  и те, и другие с кухней и поварами, персональные яхты, и, конечно же, множество автомобилей и шофёров, обслуживающих днём и ночью их самих и членов их семей. Они бесплатно получают или, по крайней мере, получали раньше (как обстоит дело теперь, я не знаю) все продукты питания и прочие предметы потребления. Во что всё это обходится государству? Я этого не знаю! Но я знаю, что для обеспечения такого уровня жизни в Америке надо быть мультимиллионером! Только оплата самое малое 100 человек личной обслуги обошлась бы в месяц примерно в 30-40 тыс. долл. Вместе с прочими расходами это составило бы более полумиллиона долларов в год!
Варга Е.С. Вскрыть через 25 лет // Полис. 1991. N 2. С.177-178

Таинственность, окружающая доходы правящего класса, возрастает по мере продвижения снизу вверх настолько, что находившийся на вершине этой пирамиды И.В. Сталин, по воспоминаниям его дочери С. Аллилуевой, сам не мог установить точные размеры расходов на своё личное хозяйство.

Весь его быт, дачи, дома, прислуга, питание, одежда — всё это оплачивалось государством, для чего существовало специальное управление где-то в системе МГБ... Он пытался как-то провести ревизию своему хозяйству, но из этого ничего не вышло — ему подсунули какие-то выдуманные цифры. Он пришёл в ярость, но так ничего и не мог узнать. При всей своей все властности он был бессилен, беспомощен против ужасающей системы, выросшей вокруг него, как гигантские соты — он не мог ни сломать её, ни хотя бы проконтролировать… Генерал Власик (начальник охраны Сталина. — А.З.) распоряжался миллионами от его имени на строительство, на поездки огромных специальных поездов, — но отец не мог даже толком выяснить, где, сколько, кому…
Аллилуева С.И. Двадцать писем к другу. М.1990. С.158

Ввиду отсутствия более точных данных по Советскому Союзу интересно сравнить советское общество с Индией, где в 60-70-е гг. ХХ в. также строилось “общество социалистического образца” (решение  сессии Индийского национального конгресса в Авади 1955 г.). Государственный капитализм  играл  ведущую роль лишь в тяжёлой промышленности Индии, однако, данные о доходах индийских чиновников весьма показательны. Годовой доход индийских министров складывался из следующих цифр:

  • Должностной оклад — (из жалования 27 тыс. рупий вычитается налог 5280 рупий) 21720 рупий.

  • Надбавки различного рода к зарплате — 6000 рупий.
  • Оплата дома — 7800 рупий.
  • Оплата мебели и бытовых электроприборов (кондиционер и пр.) — 7704 рупий.
  • Оплата обслуживающего персонала (сторожа,  уборщики, повар, садовник) — 5040 рупий.
  • Расходы по эксплуатации дома, сада, мебели, пользование электричеством, водопроводом и т.д. — 15040 рупий.
  • Расходы, связанные с пользованием  персональным автомобилем:*
    • Зарплата шофёра — 2400 рупий.

    • Бензин — 6000 рупий.
    • Амортизация — 4200 рупий.
    • Страховка — 2700 рупий.

    Всего — (15300) 3060 рупий.

  • Оплата всевозможных поездок* — (30 тыс.) 6000 рупий.
  • Оплата личных телефонных переговоров* — (6 тыс.) 1200 рупий.

ИТОГО: 73564 рупий.

(В графах, отмеченных звёздочкой, в личный  доход засчитывается в 1/5 от общей суммы.
Азарх А.Э. Государственные служащие Индии. М.,1979. С.110-111. (Ссылка на: Eastern Economist. — Delhi,1971. Juli, # 3, P.113)

Подобные расчёты убедительно показывают, что жалование составляет меньшую часть тех доходов и льгот, которые получают правительственные руководители от государства… При этом на определённом этапе своей эволюции в условиях развитой и “рационально” организованной системы управления бюрократия стремится укрепить своё положение не обходя закон, а используя его, создавая систему дополнительных льгот и привилегий, дающих возможность обогащения не “вопреки”, а “благодаря” данной системе.
Азарх А.Э. Там же. С.111-112

Л.Д. Троцкий в доказательство того, что бюрократия в СССР не является господствующим классом, указывает на то, что чиновники не имеют акций и облигаций и не могут передать свои эксплуататорские права по наследству. (Троцкий Л.Д. Преданная революция. М.1991. С.207.) При этом он искусственно переносит черты частновладельческой формы капитализма на государственную и сам же удивляется, как же нелепо это выглядит. С таким же успехом Л.Д. Троцкий мог бы доказывать, что церковные иерархи в средние века не были феодалами, поскольку они не имели феодальных гербов и не могли передать свои должности по наследству. Между тем церковь (и православная, и католическая) была крупнейшим землевладельцем в Европе, на церковных землях работали тысячи зависимых крестьян, а по богатству далеко не каждый монарх мог сравниться с крупными духовными феодалами.

Что же касается передачи эксплуататорских прав по наследству, то уже Л.Д. Троцкий признавал, что детям и жёнам чиновников гораздо легче войти в состав госаппарата, чем остальным советским гражданам. (Там же. С.117) Яркие примеры наследственности номенклатуры приводит М.С. Восленский. Действительно, имена командующего авиацией Московского военного округа 30-летнего генерал-лейтенанта Василия Сталина, зятя Н.С. Хрущёва и редактора «Известий» А. Аджубея или первого заместителя министра внешней торговли СССР Юрия Брежнева говорят сами за себя.

Впрочем, большинство номенклатурных постов в Советском Союзе занимали всё же люди, происходившие не из семей чиновников, однако один раз попав в состав номенклатуры, они (а зачастую и их семьи или даже кланы) впоследствии не смотря ни на какие зигзаги генеральной линии, смены руководства и личные взыскания уже из этого класса привилегированных не выпадали. Определённая же открытость номенклатуры для выходцев из других социальных слоёв и связанная с этим высокая социальная мобильность в советском обществе характерна для периода формирования класса буржуазии вообще и особенно для обществ, где преобладали государственные формы эксплуатации.

На примере Византии, где долгое время господствовал государственный феодализм, эту особенность отметил А.П. Каждан:

Господствующий класс Византийской империи XI-XII вв. представлял собой открытую социальную категорию: в Византии не существовало юридически определённого класса — сословия, доступ в который регламентировался бы установленной правовой процедурой; вертикальная мобильность общества оставляла возможность для индивида подняться или, точнее, быть поднятым с любой общественной ступени до самых высоких государственных постов.
Каждан А.П. Социальный состав господствующего класса Византии XI-XII вв. М.1974. С.221

Судьбы крестьянского сына, а затем императора Юстиниана I или бывшего конюха Василия II — наиболее яркие, хотя и не единственные тому подтверждения. Однако, вряд ли эти примеры говорят о том, что власть в Византии принадлежала крестьянам.

По данным всесоюзной переписи населения 1926 г. общая численность руководителей центральных, областных, губернских, окружных и уездных учреждений, районных и волостных исполкомов, их отделов и частей, а также руководителей промышленных, строительных и сельскохозяйственных предприятий составляла ок. 250 тысяч человек. По переписи 1939 г. численность этих категорий достигла уже 520 тысяч (Жиромская В.Б. Демографическая характеристика административно-управленческого аппарата 1920-30-х гг. //VII Всесоюзная конференция по исторической демографии. (Донецк,1991) Тез. докл. М.1991. Ч.1. С.7). К началу перестройки численность только партийной номенклатуры превышала полмиллиона человек: 

  • членов руководящих партийных органов (от сельских райкомов до ЦК республиканских компартий) — 439 тысяч, 
  • секретарей тех же партийных комитетов с их штатным аппаратом — 86 тысяч,
  • членов и кандидатов в члены ЦК КПСС — 477 чел., 
  • членов и кандидатов в члены Политбюро и секретарей ЦК КПСС — 32 чел. 
  • и штатного аппарата ЦК — 1363 чел. (Оников Л.А. КПСС: анатомия распада. М. 1994. С.75). 

Даже если добавить к этому государственную, хозяйственную номенклатуру и командование Вооружённых Сил, а также членов семей чиновников, то вместе они вряд ли составят более 5% от всего населения Советского Союза. Однако, именно эти 5% полностью распоряжались всеми материальными богатствами, всеми средствами производства в СССР.

Если при частновладельческой эксплуатации средства производства находятся в частной собственности отдельных представителей господствующего класса, и прибавочный продукт, соответственно, поступает им напрямую (как в рабовладельческой вилле, феодальном поместье или частном предприятии), то при государственной форме эксплуатации господствующий класс выступает коллективным (корпоративным) собственником средств производства, объединённых в государственную собственность, а прибавочный продукт идёт не отдельным представителям господствующего класса, а государству, а затем распределяется между людьми, составляющими государственный аппарат, в соответствии с их положением в иерархической лестнице власти

Именно эти, государственные формы эксплуатации Ю. И. Семёнов объединил в политарный способ производства и совершенно справедливо считает, что в данном случае понятия государственный аппарат и господствующий класс практически совпадают, ибо все члены господствующего класса входят в состав особой иерархически организованной системы распределения прибавочного продукта. Государственная собственность при этом является общеклассовой частной собственностью господствующего класса. (Семёнов Ю.И. Материалистическое понимание истории //Восток. 1995. №2. С.36).

Положение же рабочих в Советском Союзе мало чем отличалось по сути  от положения таких же наёмных рабов, пролетариев остальных капиталистических стран. Рабочий московского завода “Красный треугольник”, Аркадий Маньков (впоследствии видный историк русского феодализма) в первой половине 1930-х гг. писал в своём дневнике:

Я гол как сокол, за моей спиной пустота…У меня есть мои руки, моя маленькая способность к труду. Я продаю себя целиком. При том тот, кто покупает меня, диктует условия. Я вынужден принять их полностью, ибо наравне со мной стоит бесконечное море таких же жалких существ, жаждущих работы и крова. Долгие годы непосильного, упорного труда сковали и притупили сознание, воспитав в тебе самое подлое чувство — чувство скотского раболепия.
Свободная мысль. 2001.№ 10. С.126

Поскольку основная масса непосредственных производителей в СССР была лишена средств производства и вынуждена была продавать свою рабочую силу их реальному собственнику — номенклатуре, а все члены последней входили в состав особой иерархически организованной системы распределения прибавочной стоимости, то господствующий класс Советского Союза точнее будет определять термином, предложенным французским марксистом Ш. Беттельхеймом, — как государственную буржуазию.

Не удивительно, что в начале 90-х гг. 87 % бывших партийных работников заняли места в  правительственных и местных администрациях, либо в коммерческих структурах. («Правда». 5.10.1994). На смену государственному капитализму пришёл частновладельческий, а большая часть прежней государственной буржуазии, сменив этикетки и вывески, превратилась в частных буржуа.

А. Здоров

Сам автор этих строк пришёл к пониманию капиталистической природы через понимание эксплуататорской природы правящего класса в СССР, и также используя для него термин номенклатура. Поэтому и терминология и аргументы  А. Здорова мне достаточно близки. Прежде всего, следует отметить верную постановку вопроса в самом начале статьи. На примерах других стран и эпох показано, что государственная форма правящего класса не является чем-то исключительным, определяемым какими-то «недостатками» системы или чьими-то «ошибками» или преступлениями, а закономерным, объективно обусловленным историческим явлением. Номенклатура, бюрократия, государственная буржуазия – таковы наименования правящего класса в СССР. Мы предпочитаем говорить о бюрократии. Не потому, что бюрократия сама по себе является классом. Нет, бюрократии феодального и буржуазного общества, например, принадлежат разным классам. Речь идёт о том, что каждый эксплуататорский класс, в общем случае, имеет в своём составе как частно-индивидуальную составляющую (рабовладельцы, феодалы, капиталисты), так и государственную, т.е. бюрократию. Существование последней неизбежно, поскольку правящий эксплуататорский класс всегда нуждается, с одной стороны, в управлении производством, а значит, в производственной бюрократии, с другой в аппарате государственного подавления эксплуатируемых, т.е. в государстве и государственной бюрократии. Но вес и значение её в различных обществах различны. 

В конечном итоге, это всегда определяется тем, какой частью средств производства владеет каждая из половинок правящего класса. Там, где господствует индивидуальная частная собственность, там индивидуальные частные собственники играют решающую роль и в экономике и в политике. Там бюрократия играет роль «служанки», как говорил об это Маркс. Именно последнее обстоятельство служит противникам признания буржуазной природы СССР в качестве «доказательства», что бюрократия «не класс». Не обращая внимания на несомненные несуразности вроде тех, о которых писал автор статьи в случае, например, с церковными феодалами. 

Да, бюрократия (сама по себе!) не класс, но это неотъемлемая часть класса. И когда, в силу исторических условий, в её руках концентрируются основная часть средств производства (а примеры, приведённые Здоровым, можно многократно расширить), а индивидуальные частные собственники сокращаются в числе, или даже вообще исчезают, в этом случае бюрократии некому «служить». Она становится основной (и даже единственной) частью класса. Она и есть в нашем случае буржуазия, или государственная буржуазия, как верно определяет её суть автор статьи. Другой части буржуазии просто не осталось, или её численность незначительна. 

Именно в этом смысле мы и говорим о бюрократии как о классе, как о единственном оставшемся представителе класса буржуазии. В феодальном обществе – класса феодалов.

Следует отметить ещё одну верную мысль, подчёркнутую автором. Это несостоятельность троцкистского аргумента против того, что бюрократия в СССР – это государственная буржуазия. Аргумента, который требует, чтобы одна часть буржуазного класса, государственная, для доказательства своей классовой природы, принимала черты другой части индивидуальной, в данном случае имела бы акции и т.д. Действительно, бюрократия всегда организована иерархически и в соответствии с этим распределяет между собой свои богатства. И если класс индивидуальных частных собственников исчезает или резко сокращается, она остаётся всё той же, с той же организацией и т.д. 

Ю. Назаренко

Номенклатура СССР, как представитель класса буржуазии: 1 комментарий

  1. Чтобы избежать перерождения чиновников пролетарской государственности переходного периода в господствующий класс, Маркс в «Гражданской войне во Франции» предложил соответствующие принципы построения государственного аппарата. Эти принципы он заимствовал у Парижской коммуны 1871 года. Их анализировал и Ленин в своём произведении «Государство и революция» и полностью с ними соглашался. Но, придя к власти во главе большевистской партии, вынужден был от них отказаться в силу малограмотности большинства крестьянского населения страны и её отсталости.

    Прежде всего, большевики не отказались от буржуазного принципа разделения властей. Отказ был формальным. На деле разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную в СССР существовало;

    Во-вторых, отброшен был принцип выборности всех должностных лиц с самым простым механизмом их отзыва;

    Во-третьих, было отброшено марксистское положение о том, что в пролетарской государственности не должно быть высших должностных лиц с их привилегиями;

    В-четвёртых, постепенно было ликвидировано марксистское требование, чтобы зарплата любого чиновника не превышала зарплаты квалифицированного рабочего;

    В-пятых, ввиду отсутствия мировой коммунистической революции и ввиду начала гражданской войны и белого террора, большевики вынуждены были создать постоянную армию и политическую полицию (ВЧК). Классики считали, что этих органов не должно быть в пролетарской государственности. Эти функции должен осуществлять сам вооружённый и обученный народ.

    Классики предупреждали, что преждевременный приход коммунистов к власти, когда для непосредственно коммунистических преобразований ещё не сформировались объективные предпосылки, вынудит их отказываться от этих преобразований, и в конце концов возвратится вся старая мерзость. Ленин и большевики, к сожалению, игнорировали это предупреждение. Отсюда и все негативные явления советской действительности. В том числе создание номенклатурного стиля руководства и формирование из номенклатуры господствующего эксплуататорского класса. Сработала открытая марксизмом закономерность, что длительное исполнение управленческих функций одними и теми же людьми формирует элитный, эксплуататорский слой паразитов, перерождающийся в эксплуататорский класс.

    Ответить

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *